– Люд, ты только внутрь не заходи, ладно? Отдай коробку здесь и иди. Ира стояла в служебном входе ресторана «Усадьба», придерживала дверь бедром и смотрела не на меня, а мне за плечо, на парковку. На ней было новое пальто цвета топлёного молока, мягкое, явно дорогое...

Пятого числа банк присылал уведомление о переводе: шестьдесят пять тысяч рублей — аренда. Арина Королёва заносила сумму в заметки телефона, а квитанцию распечатывала и убирала в жестяную коробку из-под печенья, где лежали такие же бумаги за шесть лет. Привычка считать деньги осталась у неё с детства: отчим при всех вёл счёт каждому рублю и не упускал случая напомнить матери, что живёт она в его квартире. Мать молчала, а потом шептала дочери в коридоре: «Не зли его». Бабушка Зоя Петровна умерла шесть...