— Маринка, ты режешь морковку слишком крупно, Стасику тяжело будет жевать, — Галина Петровна подошла к разделочной доске и без спроса отобрала у меня нож. Я отступила к окну, чувствуя, как привычная тупая злость снова поднимается к горлу. Стасику, моему сыну, на тот момент было семь лет, он спокойно ел отбивные и не жаловался на размер морковки уже года три. Но свекровь продолжала разговаривать со мной как с нерадивой студенткой на практике. — Галина Петровна, он ест такую морковку с детского сада, ему нормально...

Андрей Степанович совершенно не умел жить без расписания. Сорок лет его день был размечен по минутам: планерки в строительном тресте, выезды на объекты, бесконечные согласования чертежей, споры с поставщиками до хрипоты. Его волевого напора хватало, чтобы выбить дефицитный кирпич или согласовать перенос кабельной линии в обход министерских запретов. Именно тогда, на пике своей номенклатурной силы, он сумел отхватить огромный участок в элитном пригородном поселке и возвести там монументальный двухэтажный дом — с толстыми стенами, подвалом и огромной верандой...