Осень тогда выдалась промозглой, сырой. В поселке время в этот сезон словно замирало. Дожди шли сутками, превращая грунтовые дороги в рыжее месиво, а с крыш двухэтажек неустанно капала вода. Марине тогда едва исполнилось двадцать два. Её жизнь напоминала замкнутый круг, из которого не было выхода. В центре этого круга была мать, Елена Сергеевна, работавшая всю жизнь воспитательницей в детском саду. Полгода назад здоровье матери резко пошатнулось. Сначала появились частые одышки, потом ноющие боли...

В двухтысячном году от Рождества Христова, когда страна окончательно запуталась в том, какой строй ей милее, а граждане налегали на импортный майонез и сериалы про бандитов, в центре города Н-ска существовала квартира, достойная кисти художника-авангардиста. Квартира номер семь, дом с лепниной и облупленными атлантами, державшими балкон на своих каменных плечах. Почти сто квадратных метров (девяносто семь, если быть точным), но хозяева округляли в большую сторону, потому что так звучало солиднее...