Когда коса у меня была почти до пояса, молодой муж повез меня в деревню знакомиться с бабушкой. Поезд остановился в Торжке, где нас встретила запыхавшаяся тетушка супруга, отпросившаяся ради такого случая с работы. Сентябрь был теплый, мы шли по дороге, перешагивая через лужи и ямы. Город мне запомнился обшарпанным, с отваливающийся штукатуркой на домах и странного вида публикой. Нам нужно было переночевать в Торжке, чтобы утром на автобусе ехать в деревню Русино, а оттуда на лошади в Ковтырево или Кафтырево, называли по-разному...

— Галина Сергеевна, вы только не волнуйтесь, но этот вклад оформлен с условием, — нотариус сняла тонкие очки в золотой оправе и положила их на зеленую папку. — Николай Петрович оставил распоряжение на случай ухода. — С каким еще условием? — Галина сжала ручки дерматиновой сумки так, что побелели костяшки. — Это наш семейный счет, мы на него дачу хотели достраивать. — Половина суммы завещана вам, — нотариус вздохнула и пододвинула серый лист с гербовой печатью. — А вторая половина перечисляется на имя Смирновой Веры Андреевны...