Жизнь закружила заботами, и со временем как-то успокоилось даже и Серафимино сердце. Ни сама Наталья Доронина, ни её сын Николай, и ни кто-то другой из родни Дорониных не появлялся во дворе дома Козинцевых. Сперва Серафима места себе не находила от беспокойства за девочек, провожала их до гимназии, встречала после занятий, если сам Панкрат Ильич не успевал заехать за ними на коляске. А у Панкрата Ильича и впрямь было много забот – в его управлении было теперь не только своё хозяйство, заключавшееся в двух складах у речного порта, но и Катеринино...

Глеб швырнул ключи на консоль в прихожей — не попал, они звякнули о кафель. Я стояла у сушильной машины, перебирала тёплое бельё, искала его носки. Он вошёл в кухню, распахнул холодильник, замер спиной ко мне. — У Макаровых подписание завтра. А я кредит не закрыл. Руки продолжили движение. Носок, ещё носок, полотенце. Ткань хранила тепло барабана, мягкая, податливая. Я знала эту интонацию — вопроса в ней не было. Был заход на посадку. — Мы договаривались: я закрываю ипотеку, ты — операционные. Шестьсот тысяч, Лиза...