— Софья Николаевна, давайте по-взрослому. Вам до пенсии два года. Уступите место молодым. Подпишете соглашение сторон, и разойдёмся красиво. Без выходного пособия, конечно: вы же сами уходите. Филипп Андреевич подвинул к ней лист через стол. Ему было тридцать четыре, в отдел снабжения его прислали из головного офиса в сентябре, и за месяц он успел поменять в кабинете жалюзи, кофемашину и половину слов в отчётах. Вместо «поставщик» теперь говорили «партнёр», вместо «склад» говорили «хаб». Софье Никитиной было пятьдесят семь...

– Моей королеве, значит? – Антон ткнул пальцем в экран ноутбука и говорил негромко, отчего в помещении стало слышно, как гудит кулер. – Это мои цветы, Кристина. Мои. Я за них платил. Кристина застыла в дверях стеклянного кабинета в горчичном пальто, которое так и не успела снять. За её плечом стоял Эдуард Брагин, коммерческий директор, сорок один год, дорогие часы, в каждой руке по стакану кофе. Уверенность человека, которому давно никто не отказывал, слезала с него прямо на глазах. – Мужчина, вы кто такой? – наконец выдавил он...