Олеся поднималась на пятый этаж пешком, потому что лифт в доме не чинили с самой зимы, а два тяжелых пакета резали ладони так, что приходилось останавливаться на каждой площадке. В одном лежали творог, гречка и то печенье с орехами, которое любил племянник Мишка. В другом – курица, порошок и упаковка носков для Романа, потому что брат опять ходил в дырявых и все повторял, что руки не доходят купить. На первом этаже она заметила, что в окне светит новая люстра у соседей. Красивая, хрустальная, похожая на ту, что видела в каталоге и закрыла, потому что деньги были нужнее...

– Восемьдесят четыре тысячи. Чеки я скинула в чат, переведите до пятницы, мне кредитку закрывать. Голосовое свекрови я прослушала дважды, стоя в коридоре в куртке и одном ботинке. Во второй раз включила громкую связь, чтобы услышал Глеб. Он вышел из ванной с полотенцем на шее и замер. – Какие восемьдесят четыре? – спросил он. Я открыла чат. Лариса Фёдоровна прислала две фотографии: чек из спортивного магазина на коньки, шлем, щитки и клюшку, всего сорок восемь тысяч, и квитанцию детской хоккейной школы «Ледокол» – абонемент на полгода, тридцать шесть тысяч...