Регина поднималась на третий этаж сталинской высотки, морщась от звука перфоратора, который, казалось, сверлил ей прямо мозг. Три недели командировки, перелеты, переговоры с китайцами, от которых сводило скулы, — и вот, наконец, дома. В руках — пакет с элитным коньяком и швейцарский шоколад. Виктору Ильичу сегодня семьдесят. Свёкор, конечно, старой закалки, интеллигент до мозга костей, наверняка будет смущаться подаркам, но Регина знала: старику приятно внимание. Звук дрели становился невыносимым именно у знакомой дубовой двери...

Найти «санаторий» оказалось несложно. Вадим, как и большинство идиотов, не отключил геолокацию на фото, которое скинул Лиде в мессенджере (пароль от его облака Регина знала уже года три). «Домик в деревне» оказался гнилым бараком в вымирающем поселке за сто километров от города. Крыша просела, окна были забиты фанерой. Внутри пахло сыростью, плесенью и мышами. Температура в помещении едва превышала уличную. Виктор Ильич лежал на продавленном диване, укрытый старым пальто. Он был страшно худ, с ввалившимися глазами и синими губами...