На надгробии Гарринчи недалеко от Рио-де-Жанейро выбиты слова: «Здесь покоится радость всего бразильского народа». Его считали величайшим мастером дриблинга, хотя одна его нога была заметно короче другой. Он вполне мог стать главным символом бразильского футбола вместо Пеле, но собственную судьбу разрушили алкоголь, беспорядочная личная жизнь и крайне невыгодные контракты. Пеле однажды признавался: «Мне отвратителен его образ жизни». Уже став национальным кумиром, Гарринча мог зайти в самый неприметный бар города, и буквально через несколько минут туда устремлялась огромная толпа поклонников...

Его ноги были разной длины. Один врач сказал: "Это инвалид". А другой добавил: "Это футболист Ботафого". Второй оказался прав. Гарринча играл как человек, которому ничего не надо — кроме мяча. Обводка — кривоватая, но смертельная. Улыбка — как у двоечника, которого всё равно не отчислят. Он не бегал — он петлял, шатался, издевался. 1962 год. Чемпионат мира в Чили. Пеле получил травму. Все подумали — всё, Бразилия пролетела. А Гарринча подумал: "Ну, значит, я и сыграю за двоих." И сыграл. Голы, передачи, победа...