— Ты рылся в моих вещах?! Ты вообще понимаешь, что ты сделал?! — Галина орала в трубку так, — Герман! Отвечай мне немедленно! В трубке гудело. Объявляли посадку, кто-то смеялся, по плитке прокатился чемодан. — Понимаю, — спокойно сказал Герман. — Прочитал. Всё, до последней страницы. — Ты не мог! Ты по-французски двух слов не свяжешь! Ты книжку последний раз в армии открывал! — Книжку в армии, — согласился он. — А телефон каждый день. Не ори, Галя. Младшего разбудишь. Гудки. Галина стояла посреди кухни в изумрудном шёлковом халате, который купила специально к этому утру...

Оксана сказала, что впервые зашла в магазин на Ломоносова в сентябре, когда они начали ремонт. Андрей запомнил это хорошо, потому что сам возил её туда в первую субботу сентября, сам таскал мешки со шпаклёвкой и сам удивлялся, как быстро она нашла общий язык с хозяином. А в ноябре, когда он заехал туда же за плинтусом для Викиной комнаты, продавщица с пирсингом в брови пробила чек, отдала сдачу и вдруг спросила, улыбаясь, будто сообщала хорошую новость: — Вы ведь муж Оксаны? Передавайте привет. Она у нас с весны постоянная, Олег Палыч ей всегда лично подбирает...