— Я уже решила, кто будет жить в твоей квартире, так что давай без этих твоих сцен, лишних вопросов и неуместного эгоизма, — припечатала моя бывшая свекровь. Она перешагнула через порог и привычным, сугубо хозяйским жестом поправила носком лакированной туфли мой придверный коврик. Антонина Львовна прошествовала в коридор с грацией и непробиваемой самоуверенностью важной барыни, которая точно знает, чей это курорт, чьи это шезлонги и кто именно из отдыхающих обязан кормить её хлебным мякишем. За её величественной, обтянутой бордовым кардиганом спиной топталась незнакомая мне женщина...

Марина поставила камеру из-за Сонечки. Дочке четыре года, хроническая астма, бывают приступы. Марина работала фармацевтом через день, ночная смена. Когда её не было дома, за Соней присматривал муж Роман. А по выходным забегала Вика, его старшая сестра. Помочь, подменить, покормить. Золовка как золовка. Вроде бы. Камеру Марина заказала на маркетплейсе. Простенькую, с ночным режимом. Поставила в детской, направила на кроватку. Чтобы видеть, когда Соня начинает кашлять. Чтобы не сходить с ума от тревоги на работе...