— То есть ты запишешь квартиру на свою маму? — тихо спросила Лера, глядя на мужа широко раскрытыми глазами. — Я правильно тебя расслышала, Егор? — А что тебя удивляет? — хмыкнул Егор. — Это логично. Деньги мои, я их копил, во всем себе отказывал. Так надежнее. — Ты во всем отказывал себе? Или ты отказывал мне и нашему сыну? Мы считаем каждую копейку! Ты не даешь денег ни на няню, ни на частный сад, постоянно повторяешь, что мы не олигархи! Твоя мама устроила грандиозный скан.дал из-за обычного...

Ольга Степановна поняла, каким будет отпуск, когда увидела раскладушку. Та стояла между шкафом и входной дверью, сложенная, с синей матерчатой серединой и алюминиевыми ножками. Сверху хозяйка положила плоскую подушку в наволочке с ромашками. — Мам, ну что ты так смотришь? На неделю нормально, — сказала Ирина и поставила чемодан на двуспальную кровать. Ольга Степановна провела ладонью по краю раскладушки. Они ехали в Анапу почти сутки: сперва поезд с таким холодным кондиционером, что Егор спал в толстовке, потом такси от вокзала, пробка возле рынка и чемодан с заедающим колесом...