— Ты знаешь, я вообще человек мирный. Меня даже в школе дразнили «Плюшкин» — потому что никогда не лез в драки и таскал всё в карманах. Пыльную справедливость, как говорил мой отец. Но вчера… Вчера я впервые почувствовал, что стены у нас тоньше, чем совесть у приезжих. Всё случилось, как положено, ночью. Ночью вообще всё случается. Днём ты живёшь, а ночью тебе объясняют, с кем ты живёшь. Был час или два — я не смотрел, я считал удары. Сначала они шли через равные промежутки — как в метрономе: бам… бам… бам...

Добрый день. Апрель 1982 года, Орджоникидзе. Утренний туман над Тереком рассеялся, открыв берегу страшную находку — тело бывшего нападающего местного «Спартака», Евгения Гулеватого. Когда-то кумир стадиона, а к тому времени — спившийся, опустившийся человек. Сначала смотрелось как печальный итог падения: погиб алкоголик, бывшая звезда. Но в милиции не спешили ставить точку. Слишком много странного было вокруг этой смерти. Слишком много совпадений. И первое из них — имя, которое неожиданно всплыло в ходе опросов...