Квартира сорок на третьем этаже была как черная метка всего подъезда. Это дыра, из которой сочились пьяные крики, мат, звон битого стекла и тяжёлый, кислый запах немых тел и чего-то ещё — едкого, химического. Гореловы! Про Витьку-алкаша, бывшего зека, все соседи знали. И боялись. Двенадцатилетняя Лена каждый вечер становилась невольной свидетельницей взрослых разговоров. — Опять до трёх ночи шум! — мама, Светлана Петровна, с раздражением ставила на стол тарелку с супом. — Ребёнок плачет, а они орут и дерутся...

- Это не моя дочь,- качала головой женщина с растрепанными волосами. - Разве вы не видите? Это же курица! Маленькая девочка, на которую женщина показывала пальцем, в ответ на ее слова всплеснула руками, словно это были крылья, и страшно, по-птичьи, закричала. В один жаркий июльский день 1970 года в португальской деревушке Табуа на ничем не примечательной ферме появилась на свет обычная здоровая девочка. В семье она была уже третьим или четвертым ребенком, но первой дочерью, и мать не взлюбила ее с первого взгляда...