— Ключи сюда положи, — сказал Артём, тяжело ударив ладонью по пластиковой столешнице регистратуры. Я даже не подняла головы от журнала учета. На соседнем столе сидел дрожащий карликовый пинчер с катетером в передней лапе, а за перегородкой тихо шуршала одноразовыми пеленками Алина. — Артём, отойди от стойки, — мой голос звучал глухо из-под медицинской маски. — У нас стерильная зона и прием экстренных больных. — Я тебе русский язык включил или повторить надо? — он наклонился ближе, пахнув на меня влажной осенней курткой и крепким табаком...

— Ты слишком много на себя берёшь, Лера, если всерьёз полагаешь, что ради какой-то должности мы вчетвером поднимем корни и уедем в никуда. Валерия медленно поставила мокрую кружку на пластиковую сушилку и завернула кран. Плеск воды смолк, и в кухне установилась плотная, звенящая тишина. Дмитрий стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди. В его позе читалась нарочитая жёсткость, а в голосе не осталось и следа недавнего азарта, ни прежней готовности обсуждать маршруты и графики переезда. Одно лишь...