Дед Макар сидел на чурбаке у сарая и мерно, с оттягом, отбивал косу-литовку. Тук-тук-тук-тук. Звон металла разлетался над утренним Корткеросом, смешиваясь с криками петухов и густым туманом, ползущим со стороны реки. На крыльцо, ежась от утренней свежести, вышел Денис. Внук. Двадцать два года, модная стрижка, в одной руке — банка энергетика, на запястье — смарт-часы размером с блюдце. Денис работал «в айти», зарабатывал в месяц столько, сколько Макар не видел за пять лет пенсии, и считал, что познал устройство этого мира досконально...

В Петровке деда Макара считали чудаком. Он ходил в старом ватнике даже в тёплый май, разговаривал с гусём Гришкой и каждую ночь ровно в два часа выходил во двор. Брал короткую палку и трижды стучал по ржавой бочке возле сарая. Соседи смеялись. А через много лет выяснилось: дед Макар делал это не ради странной привычки. Макар Петрович жил один, в доме на краю Петровки. Жена его умерла давно, сын работал в городе и приезжал редко. Деду было уже за семьдесят, но хозяйство он держал крепко. Гусь этот считался почти членом семьи...

Жизнь у Макара Ивановича с детства пошла не туда, куда он хотел. Играя в железный конструктор он представлял, как изобретает что-то новое, даёт этим игрушкам новую жизнь. Любил наблюдать, как в гараже отец что-то варит и чинит. Очень уж ему нравились горячке болты да гвоздики. Мечтал, что когда вырастет будет для человечества что-то делать и уже в детстве понял, что руки у него, как часто говорят, золотые. Мать его всегда поддерживала и надеялась, что сын станет изобретателем. Видела у него стремление и талант...