— Забирай своих обжор, Дима, они меня по миру пустят! — взвизгнула в трубку Галина Ивановна, даже не поздоровавшись. Муж растерянно моргнул, переводя взгляд на меня, и машинально переключил телефон на громкую связь. На часах было начало десятого вечера, и этот звонок из Твери разорвал привычную тишину нашей квартиры. — Мама, успокойся, что случилось? — Дима нахмурился, сильнее сжимая пластиковый корпус смартфона. — Мальчики хулиганят, что-то разбили, нагрубили тебе? — Хуже, Дима, гораздо хуже! — раздраженно выдохнула свекровь, и на заднем плане послышался резкий звон посуды...

Представьте сюрреалистичную ситуацию. Вы ложитесь спать в своей квартире, в городе, где родились вы или ваши дети. А утром диктор по радио буднично сообщает: страны, которой вы отдавали налоги, молодость и здоровье, больше нет. Но это только половина беды. Хуже то, что теперь вы здесь — иностранец. А для кого-то — и вовсе враг, «колонизатор» и «оккупант». Звучит как завязка романа-антиутопии? Для 25 миллионов советских людей в декабре 1991 года это стало суровой и леденящей душу реальностью. Никто из них никуда не переезжал...