Вначале ей показалось, что с акварели на нее глядит старое, усталое, помятое лицо; все тени, все морщинки были безжалостно подчеркнуты. Но нет: присмотревшись и отойдя на некоторое расстояние, она увидела себя ослепительной, во всем блеске красоты и молодости...

Ромир раздражённо поморщился. Он не терпел непрофессионализма. Он уже собирался позвать охранника, чтобы тот позвал старшего смены, как вдруг на плац вышел новый работник. Это был молодой парень в простой рабочей куртке. Ромир прищурился. Парень не стал кричать. Он жестом приказал остальным конюхам ослабить натяжение корды и медленно, без резких движений подошёл к жеребцу. Он что-то тихо говорил животному. Жеребец прижал уши, всхрапнул, но парень не отступил. Он уверенно положил руку на мокрую от пота шею коня, погладил, а затем, не прекращая говорить, спокойно и властно потянул за недоуздок...