Дарья Петровна, женщина хоть куда - белолицая, шустрая. В пятьдесят лет ещё о-го-го, правда, жила совсем одна. Сама и крышу латала, когда шифер сорвало ветром, сама и забор чинила, сама и дрова колола, не хуже любого мужика. Косила косой ловко - ряд за рядом ложился, хоть на выставку. А уж про корову Зорьку и говорить нечего - иной раз в ведро не умещается утренний удой, а молоко жирное, сметана из него густая, аж ложка стоит. Только радости от этого хозяйства Дарье Петровне никакой. Одна она. Совсем одна...

Дарья открыла входную дверь своим ключом и замерла на пороге. В прихожей стояли чужие тапочки — розовые, с облезлым мехом, до боли знакомые. Из глубины квартиры доносилось позвякивание кастрюль и бодрое напевание. Она прошла по коридору, заглянула в гостевую комнату. На полу, на кровати, на подоконнике — сумки. Большие клетчатые баулы, пакеты, коробки — не меньше десяти штук. Картина была предельно понятной. Дарья медленно сняла куртку. Повесила аккуратно на крючок. Провела ладонью по животу — четвёртый...