Декабрь в Самаре — это не просто холод. Это особый, вбирающий в себя все звуки мороз, от которого щёки горят, а дыхание повисает белым облачком и не сразу рассеивается. Снег в эти недели ещё не успел лечь по-настоящему — больше слякоть, мокрый серый наст, который к утру схватывается коркой, а к обеду снова поддаётся под ногой. Дворы на улице Сорокина в такую пору выглядят особенно уныло: покосившиеся лавочки, голые кусты сирени, контейнерная площадка, которую почему-то всегда ставят так, чтобы ветер нёс от неё запах прямо к подъездам...

— Папа, да прекрати ты метаться по двору, словно безумный, только давление себе нагоняешь! — сорокашестилетняя Лариса раздраженно дернула отца за рукав застиранного рабочего пиджака. — Ну нет машины, понимаешь...