— Валер… Дождь барабанил по карнизу, создавая тревожный, рваный ритм, который удивительно точно совпадал с биением сердца Екатерины. Она стояла в прихожей, прислонившись спиной к холодной металлической двери, и пыталась перевести дух. В руках у неё был тяжелый бумажный пакет с логотипом элитного гастронома, а в сумочке лежал подписанный контракт, к которому она шла последние три года. Назначение. Региональный директор. Сумма с шестью нулями в годовом бонусе. Она чувствовала себя так, словно только что покорила Эверест, но воздух в собственной квартире почему-то казался разреженным и удушливым...

Варя ненавидела ежегодные медосмотры. Не боялась, не стеснялась – именно ненавидела, тем ровным, тупым раздражением, с каким люди ненавидят очереди в почтовых отделениях. Всё в этих медосмотрах было притворным: притворные врачи, которые смотрели на тебя три секунды и спрашивали “жалобы есть?” уже не глядя; притворные пациенты, которые одинаково отвечали “нет”; притворные печати, которыми хлопали по картам, будто от этого что-то зависело. Все понимали, что это формальность для допуска к работе, и понимали одинаково хорошо – и врачи, и те, кто стоял перед ними...