В переполненном автобусе восьмого маршрута девятилетний Гриша сидел у задней площадки, раскинув руки так, чтобы занять сразу два места. Одно — под собой. Второе — рядом, пустое, накрытое его собственной курткой. В час пик такое поведение замечают быстро. — Мальчик, убери куртку, — сказала женщина с двумя пакетами. — Люди стоят. Гриша посмотрел на неё снизу вверх и придвинул куртку ближе к себе. — Нельзя. — Что значит нельзя? — Тут занято. Женщина оглядела салон. Никого, кто мог бы претендовать на это место, рядом не было...

— А это — главный подарок! Не полотенца какие-нибудь, не сервиз! — Раиса Михайловна торжественно опустила на крыльцо картонную коробку, и коробка запищала. Внутри копошились двенадцать жёлтых комков. Они возились на опилках и орали так отчаянно, будто их уже начали ощипывать. Я стояла на пороге с подносом, на котором остывали тарталетки для новоселья, и понимала: вот теперь мы окончательно переехали поближе к родне. — Бройлерные! Недельные! — объявила свекровь с гордостью заводчицы породистых скакунов...