– На счёте ноль. Девушка в окошке развернула ко мне экран и отвела глаза. Я смотрела на строчку с остатком и зачем-то искала хоть одну цифру, кроме нуля. Других цифр там не было. – Проверьте ещё раз, пожалуйста. Счёт накопительный, мы его на двоих открывали. – Я и проверяю. Последнее списание – октябрь позапрошлого года. Снято всё, до копейки, одной суммой. На улице стоял февраль, сырой и серый, и я зачем-то пересчитывала в уме то, что и так знала наизусть. Триста десять тысяч. Из них двести сорок – мои, заработанные руками за две зимы...

– Я работаю на две ставки, а ты покупаешь матери шубу? – Люба положила чек на стол рядом с его тарелкой. Вадим даже не перестал жевать. Взял бумажку двумя пальцами, посмотрел на неё, как на квитанцию за свет, и вернул на место. – Не ори, Митя услышит. – Я не ору. Сто восемьдесят девять тысяч, Вадим. Норка, «длина миди, цвет графит». Двадцатое декабря. Ты мне восемь дней назад сказал, что на корсет денег нет. Он отодвинул тарелку. Встал, налил себе воды из фильтра, выпил стоя, спиной к ней. Люба смотрела на его затылок и ждала...