Прямоугольник конверта, одиноко лежащий на столе, отозвался небывалой тоской в сердце и чудовищной догадкой: все-таки ушла, бросила. Он не любил неожиданных признаний, как и вообще всего неожиданного. Записка подтверждала, что жена все-таки ушла. Последующие дни стали для него кошмаром. Своим круглым детским почерком на ломаном русском Эстер писала: "Daniel я пошла в закс развести. Ты не сердис, можно будет если ты захочеш встречатся и быть хорошими друзьями. Я вижу, что я тебе тягостна. Daniel помни только что люблю также и даже сильнее...

— У нас сегодня какой-то особый повод? — без особого восторга интересуется муж, увидев накрытый праздничный ужин, над которым я сегодня несколько часов хлопотала. Грустно улыбаюсь, осознавая, что Юра попросту забыл памятную для нас обоих дату. Возможно, просто закрутился по работе. В последнее время мы с мужем немного отдалились друг от друга. Он стал больше времени уделять работе, а я старалась не мешать и не пилить ему мозг. Я знаю, что Юра старается ради нас. — Присаживайся. Сейчас все расскажу, — беру мужа за руку и веду к столу...