Ноябрь 1937 года. В московской квартире стоят люди в форме. Евгения Коган, заместитель Моссовета, собирает вещи. Её дочь Галина сидит в своей комнате и не выходит. Мать просит её выйти. Хотя бы на минуту. Дверь остается закрытой. Женщину уводят. Больше они не увидятся никогда. Через восемь месяцев Евгению расстреляют. Ещё через четыре года Галина умрёт от менингита в двадцать три года. Что происходило в той комнате? Почему дочь известного революционера Валериана Куйбышева не вышла попрощаться с матерью? Чтобы понять это, нужно вернуться на двадцать лет назад...

«На cквер Калинина упал туман. Я здесь живу, я фургаплан. Мою «бабайку» затоптали в грязь, и олимпийка порвалась. Не бей меня большой пацан, ведь я же свой, я - фургаплан», - эта песня из прошлого до сих пор теплом отдается в сердцах уцелевших носителей необычного движения «фураг». Именно они в прошлом веке наводили ужас на обывателей тихого и провинциального Куйбышева. Кто такие «фураги», за что боролись и куда пропали? Разбирается наш корреспондент, который в свое время был очевидцем этого социального явления...