Вопреки расхожему образу императора, ежедневно вкушающего рябчиков в шампанском, реальная трапеза последнего русского царя была на удивление скромной, подчас почти спартанской. Сохранившиеся в Российском государственном историческом архиве (РГИА) журналы «Высочайшего стола», мемуары придворных и дневники самого Николая II рисуют картину, далёкую от мифов о безудержной роскоши. Это был мир строгого церемониала, французской гастрономической дисциплины, английской диетичности и неожиданной любви к солдатской каше...

— Лариса, это что? — спросила я, с легким недоумением наблюдая, как золовка вместо праздничного букета выгружает на стул подозрительно звенящий пакет. — Как что? Тара! — Лариса, ничуть не смущаясь, извлекла на свет целую батарею пластиковых контейнеров разных калибров. — Ты же знаешь, Маринка, я человек практичный. В ресторанах всегда куча еды остается, не пропадать же добру? А мне завтра на смену в поликлинику, обед покупать не придется. Сэкономлю! Она победоносно оглядела зал, словно только что изобрела вечный двигатель, работающий на чужих харчах...