— Отец, ты мне зубы не заговаривай! Где мои восемьсот тысяч рублей?! Твоя столярная мастерская сгорела, доски сгорели, станки поплавились, а мои деньги сгореть не могут! Либо ты возвращаешь мне всю сумму до конца недели, либо в понедельник утром моё исковое заявление ложится на стол председателю районного суда! Двадцатисемилетний Кирилл с грохотом бросил на кухонный стол толстую пластиковую папку с досудебной претензией. Парень нервно одернул рукав брендового спортивного костюма, поправил золотую печатку на пальце и смерил отца колючим, нетерпеливым взглядом...

— Десять миллионов восемьсот тысяч рублей, Вероника! Чистыми, прямо на мамину банковскую карту упали двадцать минут назад! — тридцатипятилетний Максим с грохотом распахнул хлипкую дверь съемной однокомнатной квартиры на окраине, потрясая перед носом сестры светящимся экраном смартфона с банковским уведомлением. — Ты понимаешь, что это значит?! Это не просто выплата, это джекпот всей нашей жизни! Слава богу, что эта старая деревянная халупа наконец-то сгорела к чертовой матери! Тридцатидвухлетняя Вероника, сидевшая на продавленном диване с чашкой растворимого кофе, аж подпрыгнула на месте...