Шесть месяцев заслуженного отдыха после сорока лет преподавания физики в лицее казались Степану Ильичу бесконечной серой пустыней. Год назад не стало его любимой супруги, дети разъехались по далеким городам, и уютная трехкомнатная квартира превратилась в тихий музей прошлого. Телевизионные передачи выводили из себя своей глупостью, кроссворды щелкались за десять минут, а ежедневные прогулки по городскому парку наводили беспросветную тоску. — Степан Ильич, да вы на себя не похожи! — качала головой Алена, молодая соседка по лестничной площадке, встречая его у лифта...

Есть два сценария. Первый: через полгода вы сидите на той же кухне, пьёте тот же чай, но между вами повисла такая плотная тишина, что слышно, как остывает вода в чайнике. Вы не ссоритесь — вы просто перестали спрашивать друг друга о чём-то, кроме списка покупок. Второй: через полгода вы спорите о том, чья очередь выбирать фильм, и этот спор почему-то тёплый, почти смешной, потому что вы оба знаете — после титров будет долгий разговор о работе, о страхах, о планах на осень. Вы не идеальны. Вы просто не застряли...