Представьте арену на 16 000 мест. Каждый билет раскуплен в первый же день. За кадром — сотни журналистов, десятки знаменитостей, прожекторы, дым от пиротехники и напряжение, которое ощущается физически даже через телеэкран. Реванш получил название «Шум и ярость», а Дон Кинг так разогрел страсти на взвешивании, что знаменитости слетались в MGM Grand десятками, а перекупщики продавали билеты по 12 000 долларов за штуку. 28 июня 1997 года. Лас-Вегас. Майк Тайсон и Эвандер Холифилд встречаются во второй раз...

В истории бокса было немало бойцов с тяжёлой судьбой, но мало кто из них демонстрировал такую пугающую смесь уязвимости и звериной ярости, как Майк Тайсон. На ринге он казался воплощением чистой разрушительной силы: его удары были молниеносными и сокрушительными, а взгляд — холодным и беспощадным. Но за несколько минут до выхода на арену, в раздевалке, за кулисами, где его не видели зрители, Тайсон нередко плакал. Эти слёзы, кажущиеся несовместимыми с образом самого страшного панчера своего времени, стали одной из самых интригующих загадок его карьеры...