Во рту настоящая пустыня. Я пытаюсь сглотнуть слюну, но её просто нет. С трудом открываю глаза. На меня будто навалилась неподъёмная тяжесть, все мышцы ноют, нереальная слабость. А потом приходит липкий окутывающий всё тело страх. Я вспоминаю всё, что было до этого забвения. Озираюсь по сторонам. Но тут довольно темно. И мои руки… Они связаны за спиной! Я пытаюсь привстать, но пока нет сил. Это какой-то подвал. Здесь затхлый воздух, а сквозь небольшое пыльное окно попадает свет уличного фонаря. Тусклый...

— Девушка, Вам налить? — бармен в «Маэстро», самом популярном клубе Серова начала 1990-х, наклонился над стойкой. — Мне бы присесть, — тихо ответила Наталья Аникина. — Ноги не держат. Ей было всего семнадцать. После смены в парикмахерской, где она крутила бигуди с восьми утра, гудело всё тело. Подруги вытащили её развеяться, но веселья в душе не было. Вокруг гремела музыка, пахло табаком и сладкими духами. За соседним столиком гуляла компания. В центре сидел парень — крепкий, стриженый под ноль, в кожаной куртке, которая стоила больше, чем мамина зарплата за полгода...