Матвей с детства умел говорить так, что воздух вокруг начинал звенеть от напряжения. Его губы чуть кривились, глаза стекленели, и он ронял слова медленно, словно обвинительный приговор родителям, которые снова не смогли угадать его грандиозных ожиданий. А они тогда еще не понимали, что это не капризы и не подростковый максимализм, а фундамент личности, на котором будет построена вся его дальнейшая жизнь. Мама как-то купила ему гитару на тринадцатилетие. Выбирала вместе с отцом, ездили в центр,...

Звонок в дверь раздался в воскресенье утром, когда Анна стояла у плиты в одной рубашке Ивана и помешивала овсянку. Иван ещё спал. За окном моросил дождик, и квартира была наполнена тем особенным уютом, который бывает только в первые месяцы совместной жизни, когда всё ещё пахнет новизной и кажется, что так будет всегда. Анна завернула газ, прошлёпала к двери и открыла её, совершенно не готовая к тому, что увидит. На пороге стояла женщина лет шестидесяти с большим клетчатым баулом у ног, двумя пакетами в руках и взглядом человека, который знает: он всегда желанный гость...