— Я уже нашел покупателя, задаток внесут во вторник, — бодро сообщил Максим, вытирая руки кухонным вафельным полотенцем с нарисованным петухом. Надежда замерла с мокрой губкой над сковородой. На календаре висел мокрый, серый конец октября, за окном завывал пронизывающий ветер, а у ее пятидесятисемилетнего супруга, судя по блеску в глазах, внезапно наступил май в душе и полная амнезия в голове. — Покупателя на что именно? — ровным тоном поинтересовалась Надя, аккуратно смывая пену от хозяйственного мыла...

Сват резал селёдку поперёк. Этого Борис Алексеевич Демидов простить не мог. Знакомство родителей жениха и невесты продлилось двадцать минут. За это время отцы успели поссориться из-за рыбалки на мормышку, из-за политики и из-за селёдки. Семён Яковлевич Липкин резал её поперёк, тонко, «как в приличных домах». Борис Алексеевич считал, что селёдку режут вдоль, как положено, а приличные дома тут ни при чём. Матери пытались спасти вечер пирогом. Не спасли. С тех пор сваты общались только через детей. – Передай своему, – говорил Борис Алексеевич сыну...