Договор Надежда положила на край стола, рядом с моим журналом варок, и прижала ладонью, будто его могло унести сквозняком из открытой двери. — Степан велел подписать до пятницы, — сказала она. — Два экземпляра. Один тебе, другой мне. Я как раз резала сгусток. В котле было двести литров утреннего молока при тридцати двух градусах, и на разрезку у меня оставалось минут пять, пока зерно не начало оседать. Я ответила, что посмотрю после. Надежда не ушла. Она стояла у двери в синем халате поверх куртки и ждала, пока я закончу...

– Сорок пять тысяч, Света. До первого числа. За всю зиму сразу, чтобы у меня потом голова не болела. Зинаида Фёдоровна сказала это прямо в коридоре, ещё в пальто. Сумку поставила на обувницу, на мои кроссовки. Виталий не успел расшнуровать ботинки, а мать уже всё решила. – За какую зиму? – спросила я. – За обыкновенную. С ноября по март. Отопление опять подняли, ты новости не смотришь, что ли? Смотрю. Я товаровед в строительном магазине, у нас каждый второй покупатель, пока я пробиваю ему саморезы, рассказывает про тарифы...