Резкий рывок, и он с силой ударился о стекло. Больно. Андрей потёр ушибленное место на голове и посмотрел по сторонам. Никто ничего не видел. Ну и хорошо. Он снова закрыл глаза, надеясь опять погрузиться в дремоту. Она спасает. Ото всего. От мыслей, давящих своей тяжестью, от реальности, которая едва ли уступает тяжёлым мыслям. Да, она спасает. но вот именно сейчас, как назло, ну никак не получалось провалиться в забытье. А потому мысли со всей присущей им тяжестью обрушились на него. Что он здесь делает? Куда его везут? Для чего? Вопросы, на которые, безусловно, есть ответы...

Освенцим 1943 год Повсюду слышалась немецкая речь. Она преобладала над остальными. И это не удивительно. Если хочешь выжить в концентрационном лагере, надо уметь слушать. Не менее важно понимать, что от тебя хотят. Так происходило часто. Надзиратели, как правило, кричали. Для непривычного слуха эти крики походили, скорее, на лай, мало чем отличавшийся от лая собак. Кстати, собак также было полно. Тех самых, которые бросались на заключённых, но сдерживаемых хозяевами. Они привставали на задние лапы от натянутых поводков и лаяли, показывая огромные зубы...