Хоккеист находился без контракта до конца июля. – Четыре месяца ожидания и вот вы играете в хоккей. Облегчение? – Облечение сразу наступило! У меня первая такая ситуация в жизни. В «Ак Барсе» вроде хотел остаться, но были какие-то непонятки. Обещали, что тренер позвонит, но никто не позвонил. Понятно, что переживал сам, семья переживала. Не понимал, где буду, что делать с вещами, которые были в Казани. Но хоккей такой бизнес. Счастлив быть в Омске с хорошими партнерами в хорошей команде. – Самое непростое лето в жизни, получается? – Не только для меня...
В Казани создали идеальную тройку. Чья это заслуга — Зинэтулы Билялетдинова, обстоятельств или хоккейного провидения — уже не так важно. Приходилось слышать мнение, что родись эти парни лет на пятнадцать раньше, они могли бы стать важной частью советского хоккея и поучаствовать в его больших победах. Но все это из разряда «если». Они появились именно тогда, когда в них была самая большая нужда. В период больших ожиданий и громких лозунгов. В период того самого затяжного русского хоккейного безвременья...