— Пусть вытряхнет сумку. Если не брала, чего ей бояться? Женщина в бордовом костюме сказала это достаточно громко, чтобы услышали у соседнего стола. Потом поправила жемчужную нитку на шее и посмотрела на Ларису, ожидая, что та немедленно займётся чужой сумкой. Лариса держала в руках поднос с чистыми тарелками. На кухне остывала последняя партия горячего. В зале ещё не разрезали свадебный торт. Полчаса назад все эти люди хлопали молодым, фотографировались возле цветов и желали друг другу счастья. Теперь они смотрели на девятнадцатилетнюю Катю, которая стояла у служебной двери с пустым кувшином...

— Твой билет я тоже взял, — сказал Павел. — В пятницу едем. Нина поставила на стол кастрюлю. Под ручку попала прихватка, крышка съехала набок, и кухню наполнил запах укропа. — Куда? — К детям. Я же говорил. О детях он действительно говорил. О том, что Максим совсем зашивается, что Соня после декрета вышла на работу, что её родители почти закончили большой дом за городом. Говорил, как хорошо там дышится. Показывал фотографию застеклённой веранды. Нина помнила и свой ответ: летом съездим посмотрим...