Деревенские старожилы, "севшие на трубу" водопровода, оружием и битами отгоняют новых жителей, желающих подключиться
«Я не стесняюсь». Молодая немка предложила мне пойти вместе в баню. А потом случилось то, чего я боялся больше, чем пакистанской тюрьмы.
Она разделась первой.
Без паузы. Без кокетства. Без «отвернись, я стесняюсь». Просто сняла футболку, сняла джинсы, сняла всё остальное. Сложила аккуратной стопкой на скамейку. Посмотрела на меня и сказала:
— Ну, ты идёшь?
Я стоял с полотенцем в руках и чувствовал, как кровь приливает к лицу...
Маме нужен дачный участок с домиком — пустим накопления в дело. Муж с роднёй требовали мои деньги, но я приняла решение не в их пользу
— Мариночка, золотце, я тут подумала: если мы эту вашу кладовку разберём, туда идеально встанет мой комод из орехового дерева. Антикварный, между прочим. Свекровь приехала без предупреждения — как обычно. Просто позвонила в дверь, вошла, по-хозяйски прошлась по квартире и обосновалась в гостиной с интонацией человека, который не предлагает, а уведомляет. Марина застыла в дверях кухни с кружкой остывшего чая. Комод из орехового дерева. Антикварный. В кладовку, где хранились Полинины санки, сезонная обувь и три коробки с ёлочными игрушками...