Утро начиналось с запаха подгоревшей каши. Галина сняла ковшик с плиты, посмотрела на бурую корку по краям и поставила обратно. Из комнаты вышел Лёня, поправил очки на переносице привычным жестом, сел за стол и подтянул колени к себе, как будто пытался занять поменьше места. – Мам, опять овсянка? – Опять. – А блины когда? – В субботу. Он не спорил. В свои одиннадцать научился считывать её настроение по тому, как она стоит у плиты. Если спиной и молчит, лучше не просить. Кухня была маленькая, шесть с половиной метров...

Татьяна Соболева, для друзей просто Таня, для коллег Татьяна Аркадьевна, а для него, на протяжении последних трёх лет, «зайка» и «солнышко», сидела в своей однушке на окраине Челябинска. Телефон лежал экраном вниз на журнальном столике, и она его боялась так, как раньше не боялась ни звонков из поликлиники с результатами анализов, ни строгой бухгалтерши с работы, которая однажды закатила ей скандал из-за просроченной отчётности. Страх был животный, и он имел имя — Вера Павловна Королёва, законная...