Тридцать лет Пётр Сергеевич видел солнце только по выходным. Всю молодость он провёл в Воркуте, на шахте «Северная». Работал старшим инженером-электромехаником. Шахта — это темнота, угольная пыль, вечный гул, сырость и километры кабелей под землёй. Пётр Сергеевич знал каждый трансформатор, умел на ощупь чинить пускатели и ценил предельную точность. На севере он заработал досрочную пенсию, крепкий характер и хроническую усталость от людей. Когда пришло время уходить на заслуженный отдых, он не поехал на юг...

Пётр Куликов уходил в тайгу каждый ноябрь. Так было уже почти двадцать лет. Пока в деревне начинались первые настоящие морозы, пока на крышах темнел иней, а на реке вставали тонкие ледяные закраины, он собирал мешки, точил топор, перебирал капканы и уходил на дальний участок за кедровыми распадками. Жил Пётр в небольшой северной деревне, где почти каждый мужик хоть раз ходил на промысел. Кто-то бросал после первой тяжёлой зимы, кто-то спивался, кто-то уходил работать на вахту. А Пётр оставался верен тайге...