В понедельник в девять утра Нину Сафонову не пустили за прилавок. В ювелирном салоне уже были хозяйка Лариса Белова, участковый и мужчина из уголовного розыска, а на столе лежал распечатанный список из тридцати одной позиции. Лариса сказала, что за выходные из внутреннего сейфа исчезли украшения почти на четыре миллиона рублей. Последним сейф открывали под кодом Нины. Она проработала здесь одиннадцать лет и знала товар лучше самой хозяйки. Поэтому первые секунды смотрела не на сумму и не на время открытия, а на названия...

– Нина, я повесила на холодильник список. Посмотри после завтрака, – сказала Раиса Павловна таким тоном, будто речь шла о прогнозе погоды. Я стояла у плиты с лопаткой в руке, переворачивая оладьи для её сына, и почувствовала, как внутри что-то натянулось. Не лопнуло. Пока не лопнуло. Мы жили в двушке на окраине Твери. Квартира принадлежала мне. Я купила её на деньги от продажи бабушкиного дома в Кашине ещё до свадьбы с Костей. Выписка из ЕГРН лежала в ящике комода, и каждый раз, когда я открывала этот ящик за носками, видела сложенный лист...