- Настька, поганка, а ну иди сюда! Только приди домой, уж я тебе устрою!  Чтобы не слышать визгливый голос тётки, от которого звенело в ушах, Настя закрыла их ладошками и глубже зарылась в заросли малины, где она ела сладкие, нагретые солнцем ягоды. Кусты больно кололи обнажённые руки и ноги, царапали лицо, путались в волосах, но девочка мужественно терпела. Попасться сейчас тётке на глаза – значит, по выражению соседа дяди Стёпы, «отхватить люлей», а Насте этого совсем не хотелось.  Настя видела сквозь малиновые стебли, как тётка, потоптавшись на крыльце, махнула рукой и вернулась в дом...

– Настька, ну где ты там? – громко возмутилась свекровь. – Я уже устала ждать свой чай! Настя закрыла глаза и досчитала до пяти, прежде чем взяться за чайник. Кипяток полился в фарфоровые кружки, и пар поднялся к потолку тонкими струйками. Настя расставила кружки на поднос и направилась в гостиную, где собралась вся семья Максима. Свекровь Антонина Павловна заняла кресло у окна и обмахивалась журналом. Свекор Станислав Григорьевич развалился на диване. Золовка Валерия устроилась рядом с мужем и что-то оживленно рассказывала...