Москва, 1922 год. На Новодевичьем кладбище — пустые ямы, разбитые надгробия, обломки крестов и ржавые ограды. Там, где ещё недавно стояли семейные склепы известных купцов и дворян, теперь — пыль, кирпич и отголоски топора. Но странное происходило не только ночью. Днём сюда въезжали подводы, мужчины спокойно грузили памятники — и уезжали прочь, как будто за хлебом. Так начиналась одна из самых молчаливых, страшных и малоизвестных страниц истории СССР — великое кладбищенское разграбление. Официально — ничего мистического...

Представьте себе кладбище. Не мрачное, а скорее — забытое. Между аккуратными оградками и новыми надгробиями торчит крест. Необычный, массивный, будто вырезанный из чёрного гранита. На нём — надписи, которые не может расшифровать ни один специалист. А ещё — змеи. С виду — обычные ужи. Но местные обходят это место стороной: говорят, они будто бы охраняют могилу. А если подойти ближе, они не уползают. Смотрят. И остаются. Это не городская байка. Это Изборск — древнее поселение на границе с Псковской областью...