— Убери это хрустальное недоразумение со стола, Соня, мы же не на сельском застолье собрались, — раздраженно произнесла Света. Сестра брезгливо отодвинула мою любимую салатницу подальше от центральных блюд с изысканными тарталетками. Она поправила безупречную салонную укладку, самодовольно изучая свое отражение в темном стекле дорогого духового шкафа. Я проигнорировала этот выпад, методично раскладывая тонкие ломтики сыра на широком фарфоровом подносе. Это был ее сорокалетний юбилей, и я наивно согласилась приехать на три часа раньше, чтобы помочь с нарезкой и сервировкой...

Настойчивый, глухой стук в дверь сотряс стену прихожей, заставив нашего кота Василия возмущенно спрыгнуть с пуфика. Мой муж Никита, не выпуская из рук кофейную чашку, неспешно подошел к входной двери и повернул замок. Я стояла на кухне, вытирая руки полотенцем, когда из коридора донеслось до боли знакомое, надрывное покашливание. — Сонечка, я вернулся, принимай больного, — произнес мужской голос с нарочито трагичной хрипотцой. — Стели в спальне, я еле на ногах стою. — Разуваемся, уважаемый, у нас тут влажная уборка только прошла, — бодро и совершенно без пиетета перебил его баритон Никиты...