Телефон завибрировал в третий раз за последние десять минут. Настя смотрела на экран — «Толя» — и не брала трубку. Просто смотрела, как имя мигает и гаснет, мигает и гаснет, пока телефон не затих окончательно. Она стояла у окна своего кабинета на двенадцатом этаже. Внизу ползли машины, мелкие, как игрушечные. Дождь размазывал огни фонарей по мокрому асфальту. Было начало ноября — то время года, когда темнеет рано и особенно остро понимаешь, что в жизни что-то пошло не так. Он позвонит снова. Она знала это точно...

Олег поцеловал меня на прощание, и в этом поцелуе было столько нежности, что я удивилась. За все годы я привыкла к другому: чмокнет в щеку, подхватит чемодан, побежит вниз, перепрыгивая через ступеньку. А тут задержался. Обнял обеими руками, прижал к себе. Пахло его одеколоном, которым он душился каждое утро даже по выходным. – Два дня всего, – сказал он. Я кивнула, поправила ему воротник рубашки. Рубашку, кстати, он гладил сам, всегда, с первого дня совместной жизни. Я когда-то обижалась на это,...