– От чего ты устаёшь, ребёнок же спит, – удивлялась свекровь. Я уложила её спать на одну ночь с внуком
– От чего ты устаёшь? Ребёнок же спит. Свекровь сказала это ровно в тот момент, когда я уронила чайную ложку в раковину, полную невымытой посуды. Ложка звякнула и ушла под разводы от пены. Я посмотрела на свои руки – в муке от того, что пыталась испечь пирог ещё в десять утра. Было почти два часа дня. Милана Павловна стояла в дверях кухни, в пальто, с пакетом из «Пятёрочки». Она приходила к нам каждую среду. Каждую среду последние шесть месяцев. Я посчитала как-то ночью, когда не спалось в третий раз за подъём: двадцать четыре раза...