Это был второй роман автора, в котором было такое начало, которое доказывало одно. Люди часто встречались с возможностями после смерти, такими как Е Чен. При жизни она была прилежным и добросовестным клерком, у нее не было никаких жизненных целей, а ее самым большим стремлением был мир во всем мире. Ее мысли были очень просты. С ее IQ она определенно была бы пушечным мясом в неспокойном обществе и могла бы стабильно выжить только во славе социализма. Точно так же, как сейчас, работая с девяти до пяти, покупая помады и сумочки. Пока мир был мирным, в жизни была надежда. Незадолго до смерти она заставила одного мальчика признаться ей...

Что видит западный зритель, когда на экране появляется красивая азиатская женщина в криминальном фильме? Задолго до эпохи глобальных дискуссий о репрезентации и культурной апроприации ответ был предопределён: загадочная красотка с тёмным прошлым, роковая соблазнительница с нечитаемым лицом или хрупкая жертва, чьё тело становится полем для чужих битв. Она — декорация, символ «инаковости», ширма, за которой прячутся страхи и фантазии Запада о Востоке. Этот образ, отлитый в формулу «плохой девочки восточного типа», казался незыблемым голливудским каноном...