На ферму Аня пошла на третьей неделе после свадьбы, и это было первое решение, которое она приняла сама. Валентина Егоровна узнала вечером. Поставила чугунок на стол так, что загремела крышка, и спросила не Аню, а Степана: - Твоя жена на ферму записалась. Ты знал? Степан жевал хлеб. Поднял глаза, посмотрел на Аню, потом на мать. - Не знал. - А она тебя спросила? - Не спрашивала. Валентина Егоровна повернулась к Ане. Лицо у неё стало таким, каким бывает, когда человек ещё не решил, злиться или удивляться...

Первый снег в том году выпал рано, в середине октября, и деревня легла под него тихо, как больной под одеяло. Аня вернулась с районных курсов за три дня до снега. Привезла тетрадку с записями, книгу по зоотехнии и такое выражение лица, которого в этом доме ещё не видели. Спокойное, но другое. Как у человека, который побывал за горизонтом и теперь знает, что мир больше, чем казалось из окна. Валентина Егоровна встретила её в сенях. - Приехала? - Приехала. - Корова не доена. Степан со вчера лежит, температура...