Глина на старом городском кладбище напоминала плохо замешанное серое тесто. Она намертво налипала на подошвы дешевых туфель, превращая каждый шаг в тяжелое, почти комичное испытание. Лена неподвижно стояла у свежего холма земли, густо заваленного искусственными еловыми ветками кислотно-зеленого цвета. Ее темное осеннее пальто давно потяжелело от мелкой мороси, но она не обращала внимания на сырость. Андрей умудрился уйти со сцены максимально эффектно и быстро, буквально за три дня сгорев в больничной палате от банальной пневмонии...

Светлана наносила слой мастики на паркет с такой яростью, будто пыталась стереть из реальности последние десять лет жизни. Пол сиял, отражая потолочную люстру, которая, по мнению Олега, теперь «недостаточно резонировала с космосом». Дверь распахнулась без стука, явив миру Олега и его новое увлечение. Вероника, девушка с глазами, полными вселенской скорби, внесла в квартиру огромный холст, вымазанный серой краской. — Светлана, приготовься, это будет наш храм искусств, — торжественно провозгласил муж, переступая через коврик...