— Это имущество получено по завещанию. Делить тут нечего, — произнесла Ольга ровно, без вызова в голосе, без спешки. Андрей смотрел на неё с другого конца стола. Между ними лежал лист бумаги, исписанный его аккуратным почерком: цифры в столбик, стрелочки, какие-то пометки на полях. Он готовился к этому разговору — это было видно. Может, несколько дней. Может, неделю. Искал слова, считал, выстраивал аргументы. И теперь смотрел на жену с тем выражением, которое бывает у людей, когда заготовленный разговор идёт не по плану с первой же реплики...

В гостиной загородного дома Марка и Елены пахло свежемолотым кофе и разрывом. Этот запах — горький, терпкий, пробуждающий — обычно символизировал начало их общего дня, но сегодня он знаменовал конец их десятилетнего брака. На полированной поверхности дубового стола лежал лист бумаги, белизна которого резала глаза. Заявление о разводе. Марк стоял у панорамного окна, глядя, как февральский снег лениво укрывает их сад. Его плечи, всегда прямые и уверенные, теперь казались каменными. Он не оборачивался...