— Что ты сказала? Алиса стояла посреди собственной гостиной. Ее голос, обычно мягкий и спокойный, сейчас резал тишину, как скальпель. Галина Петровна, только что водрузившая на полированный стол свой необъятный баул, замерла. И Алиса увидела, как ее глаза сузились, превращаясь в две колючие щелки. — Я сказала, что гостевой визит окончен, так и не начавшись, — отчеканила Алиса. — Андрюшенька, ты слышишь? — Галина Петровна повернулась к сыну, который топтался в дверях с очередной коробкой. — Твоя жена...

Было половина седьмого вечера. Алиса стояла у плиты в просторной кухне свекрови, помешивая деревянной ложкой томатный суп, который никто, кроме неё, собственно, и не просил готовить. Надежда Петровна, женщина с тяжёлым подбородком и привычкой поджимать губы, сидела за столом и неторопливо перебирала крупу. Рядом с ней расположилась Света, жена старшего сына Виктора, — женщина с острым носом и вечно прищуренными глазами, которая умела делать вид, что слушает, но на самом деле всегда ждала удобного момента, чтобы вставить ядовитое замечание...